Марина Бойкова. Новогодняя страсть

— Дорогая, прости, начинай без меня!

Я на трассе, сломалась машина.

Целый день не звонил, извини, дерготня!

— Ты голодный?

— Да, ладно, терпимо.

— Почему отключал на весь день телефон?

Он зажмурился:

— Дело в зарядке...

— А теперь, зарядил?

— Извини, что за тон?

Да, теперь батарея в порядке.

Скоро буду! Не злись!

— Новый год на носу!

Через час с половиной — куранты! —

И, смахнув со щеки незаметно слезу, —

Остывают жаркое и манты!

— Я успею! — запикали в трубке гудки.

Она села на край табурета,

Сердце сжалось внутри от обиды, тоски,

От его виноватого бреда.

То ключи потерял, колесо проколол,

То бумаги забыл на работе...

И клянется еще, что святой, "богомол"!

Тишина и покой, как в болоте!

Полчаса...

Его нет.

Телефон отключен.

СМС от родных и подруги.

«Ну, приедет — узнает что, где и почем!

Ну, за что я терплю эти муки!?»

Шум за дверью — упали на кафель ключи...

"Р-р-р! Явился?!"

Нет, видно, соседи...

И кричи — не кричи, и рычи — не рычи,

Не доступны мобильные сети.

Президент поздравляет с экрана народ

С Новым годом и новым началом.

Слезы солят соленый с икрой бутерброд,

Она плачет с налитым бокалом.

...Он приехал под утро, тихонько зашел,

Что-то ел, чем-то чавкал на кухне,

Вилки, ложки летели со звоном на пол,

Перемытые все накануне.

Подошел, прикоснулся небритой щекой:

— Извини! С Новым годом, родная!

Еле-еле добрался сегодня домой!

Там пурга и метель низовая.

— Ты меня... — сглотнув ком. — Ты меня разлюбил?

— Да ты что? Почему мне не веришь?

Может я тебе больше не люб и не мил?

— Перестань! Ну, зачем лицемеришь?

— Манты вкусные, эй! 

— Разогрел бы...

— Я так. Спать хочу! Обняла бы, согрела.

Я там мерзну, волнуюсь, звоню, как дурак,

А она поспала тут, поела...

Я соскучился, слышишь, не виделись год!

— Ладно, хватит, давай раздевайся!

Ой, а ноги, а руки холодные — лёд!

— Я сказал, что замерз! Не ругайся!

Он заснул. Засопел. Начинался рассвет

После этой пурги прошлогодней,

А на шее его проступал яркий след

Чей-то страсти чужой... новогодней...

Диалог Любви и Влюбленности

— Ах, Любовь! Я так мечтаю быть такой же, как и ты! — Восхищенно повторяла Влюбленность. Ты намного сильнее меня. 

— А ты знаешь, в чем моя сила? — спросила Любовь, задумчиво качая головой.

— Потому что ты важнее для людей. 

— Нет, моя дорогая, совсем не поэтому, — вздохнула Любовь и погладила Влюбленность по голове. — Я умею прощать, вот что делает меня такой. 

— Ты можешь простить Предательство? 

— Да, могу, потому что Предательство часто идет от незнания, а не от злого умысла.

— Ты можешь простить Измену? 

— Да, и Измену тоже, потому что, изменив и вернувшись, человек получил возможность сравнить, и выбрал лучшее. 

— Ты можешь простить Ложь?

— Ложь — это меньшее из зол, глупышка, потому что часто бывает от безысходности, осознания собственной вины, или из нежелания делать больно, а это положительный показатель.

— Я так не думаю, бывают ведь просто лживые люди!!! 

— Конечно бывают, но они не имеют ни малейшего отношения ко мне, потому что не умеют любить. 

— А что еще ты можешь простить? 

— Я могу простить Злость, так как она кратковременна. Могу простить Резкость, так как она часто бывает спутницей Огорчения, а Огорчение невозможно предугадать и проконтролировать, так как каждый огорчается по-своему. 

— А еще? 

— Еще могу простить Обиду — старшую сестру Огорчения, так как они часто вытекают одно из другого. Я могу простить Разочарование, так как за ним часто следует Страдание, а Страдание очищает. 

— Ах, Любовь! Ты действительно удивительна! Ты можешь простить все-все, а я при первом же испытании гасну, как догоревшая спичка! Я так завидую тебе!!! 

— И тут ты не права, малышка. Никто не может прощать все-все. Даже Любовь. 

— Но ведь ты только что рассказывала мне совсем другое!!! 

— Нет, то о чем я говорила, я на самом деле могу прощать, и прощаю бесконечно. Но есть на свете то, что не может простить даже Любовь.  Потому что это убивает чувства, разъедает душу, ведет к Тоске и Разрушению. Это причиняет такую боль, что даже великое чудо не может излечить ее. Это отравляет жизнь окружающим и заставляет уходить в себя.  Это ранит сильнее Измены и Предательства и задевает хуже Лжи и Обиды. Ты поймешь это, когда столкнешься с ним сама. Запомни, Влюбленность, самый страшный враг чувств — Равнодушие, — так как от него нет лекарства.

Эдуард Асадов. Любовь, измена и колдун

В горах, на скале, о беспутствах мечтая,

Сидела Измена худая и злая.

А рядом под вишней сидела Любовь,

Рассветное золото в косы вплетая.

С утра, собирая плоды и коренья,

Они отдыхали у горных озер.

И вечно вели нескончаемый спор —

С улыбкой одна, а другая с презреньем.

Одна говорила: - На свете нужны

Верность, порядочность и чистота.

Мы светлыми, добрыми быть должны:

В этом и - красота!

Другая кричала: - Пустые мечты!

Да кто тебе скажет за это спасибо?

Тут, право, от смеха порвут животы

Даже безмозглые рыбы!

Жить надо умело, хитро и с умом,

Где — быть беззащитной, где — лезть напролом,

А радость увидела — рви, не зевай!

Бери! Разберемся потом!

- А я не согласна бессовестно жить.

Попробуй быть честной и честно любить!

- Быть честной? Зеленая дичь! Чепуха!

Да есть ли что выше, чем радость греха?!

Однажды такой они подняли крик,

Что в гневе проснулся косматый старик,

Великий Колдун, раздражительный дед,

Проспавший в пещере три тысячи лет.

И рявкнул старик: - Это что за война?!

Я вам покажу, как будить Колдуна!

Так вот, чтобы кончить все ваши раздоры,

Я сплавлю вас вместе на все времена!

Схватил он Любовь колдовскою рукой,

Схватил он Измену рукою другой

И бросил в кувшин их, зеленый, как море,

А следом туда же — и радость, и горе,

И верность, и злость, доброту, и дурман,

И чистую правду, и подлый обман.

Едва он поставил кувшин на костер,

Дым взвился над лесом, как черный шатер, -

Все выше и выше, до горных вершин.

Старик с любопытством глядит на кувшин:

Когда переплавится все, перемучится,

Какая же там чертовщина получится?

Кувшин остывает. Опыт готов.

По дну пробежала трещина,

Затем он распался на сотню кусков,

И... появилась женщина...